Правительство адаптирует бюджетную политику к длительному кризису

Правительство адаптирует бюджетную политику к длительному кризису НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА: Кабинет министров объявил на прошлой неделе о широкой программе наращивания госрасходов, в том числе на частичное восстановление потенциала системы здравоохранения, который был ослаблен хроническим недофинансированием в последние годы.

Полувагоны толкают под контейнеры

КОММЕРСАНТ: РСПП просит правительство как можно скорее отменить запрет на перевозку контейнеров в полувагонах. Это может привести к вовлечению в оборот простаивающего универсального парка, но нарушит существующий бизнес операторов фитинговых платформ. Сторонники снятия запрета считают, что в результате снизится себестоимость перевозок, так как полувагон дешевле в аренде, нежели платформа. Противники же говорят, что перевозка в полувагонах была вынужденной мерой в условиях дефицита платформ, которого теперь уже нет.

Контейнеры ищут место в полувагонах

КОММЕРСАНТ: ОАО РЖД начало испытывать новый тип крепления контейнеров в полувагонах для международного сообщения. Зарубежные контейнеры в зарубежных полувагонах можно возить и сегодня. Но испытания пройдут на фоне бурной дискуссии о том, следует ли вернуть такую практику в России, что уже поддержал глава ОАО РЖД Олег Белозеров. Подобные перспективы вызывают недовольство контейнерных перевозчиков, которые опасаются оттока объемов, тогда как на рынке оперирования универсальным парком, напротив, предвкушают рост загрузки.

Сидят такие загруженные

27.12.2019

Что означает спад железнодорожных перевозок

Пока в правительстве под звон бокалов празднуют перелом тенденции падения доходов населения, обещая светлое будущее в 2020 году, в реальном секторе происходит обратное. Сравнение макроэкономических показателей с также глобальными, но более приземленными и понятными, вызывает когнитивный диссонанс. Так, по итогам 2019 года погрузка ОАО РЖД, вопреки прогнозам, упадет. И признала это монополия в октябре, то есть как раз в момент, когда экономисты начали оптимистическую риторику. Движение грузов по железной дороге — логичный признак наличия жизни в производственных отраслях и до сих пор служило весьма четким индикатором общеэкономических проблем. Стоит ли доверять ему и впредь, мы узнаем в наступающем году.

В этом году обещанный рост погрузки на сети ОАО РЖД неожиданно обернулся спадом: вместо плюс 1,5% получились минус 0,5%. Погрузка — это количество грузов, которое поступает на железную дорогу. Это уголь, нефтепродукты, черные и цветные металлы, щебень, зерно, лес, цемент и так далее. То есть погрузку можно считать макроэкономическим показателем по отдельным сырьевым отраслям. Возникает вопрос, что значит ее снижение. Традиционно считается, что это — симптом грядущего кризиса. Так, во всяком случае, было в предыдущие витки депрессии. Будет ли сейчас, пока непонятно: спад у нас с апреля, а пока не рвануло.

Те, кто делают бизнес на железной дороге, встретили спад погрузки с дивным хладнокровием. Даже само ОАО РЖД не выглядело чрезмерно озабоченным, обещая все наверстать в следующую пару лет. Возможно, потому, что рост погрузки — не самоцель для монополии. Самый массовый груз ОАО РЖД — это уголь, но его доля в доходах куда меньше, чем доля в погрузке и тем более в грузообороте (это погрузка, помноженная на километраж). Таким образом, монополию должен больше заботить удельный вес в погрузке дорогих грузов вроде нефтепродуктов или стали, а не абсолютный ее объем.

Остальные участники рынка спокойно наблюдали и первоначальный оптимизм монополии, и внезапное крушение надежд. Обычно в ОАО РЖД летят камни по любому поводу, а тут вектор отраслевой дискуссии мягко обходил тему прогноза погрузки, почти не касаясь ее. Понятно, что спад перевозок — лишний симптом того, что рынок ждут тощие времена. Но железнодорожные операторы предвидели спад еще в 2018 году, и в течение года активно консолидировались: масштаб защищает компании во времена низких ставок. Лизингодатели пытались либо уйти в оперирование, либо (и в основном) отдать свои парки крупным операторам, чтобы иметь гарантии оплаты лизинга. Вагоностроители приступили к координации производственной деятельности, благо два крупнейших из них — УВЗ и ОВК — оказались под контролем государства. А грузоотправители, которые хорошо понимают цикличность внешних рынков, сосредоточились на возражениях против неспособности ОАО РЖД провезти все их объемы в Азию.

Поэтому и в эпоху оптимизма планы монополии промышленники утвердили без труда: при их обсуждении в 2017–2018 годах они воевали за долгосрочные тарифные условия и гарантии инвестиций в нужные им направления, не фокусируясь на ожиданиях ОАО РЖД и понимая, что своей отгрузкой будут управлять в зависимости от конъюнктуры. Но если значение показателя для производственных отраслей и ОАО РЖД не является безусловным, погрузка все представляет интерес как косвенный индикатор производственной активности. Индекс промышленного производства не учитывает потребление — можно выпускать и складывать в уголок. Погрузка же — более объективный показатель внутренней занятости, количества человеческой работы, вовлеченной в производство того, что потом поедет по железной дороге. Ведь если продукт едет, значит он так или иначе участвует в реальной жизни, вовлечен в оборот.

Для страны, стремящейся к самозамкнутости, производственная активность становится важнейшим показателем наличия жизни в регионах производства. Причем не настолько бестолковым, как циклическая перекладка асфальта, а индикатором того, что в действительности люди что-то добыли, вырастили или выплавили и куда-то повезли в места потребления (кругами у нас груз в основном не возят). Поэтому с социальной точки зрения погрузка важна: она показывает, «есть там кто живой» или нет. Результаты этого года в этом смысле не внушают оптимизма.

______
Наталья Скорлыгина
https://www.kommersant.ru/doc/4207753 



Возврат к списку