Вагоны замедляют ход

КОММЕРСАНТ: Серьезное замедление оборота грузовых вагонов на железных дорогах во многом вызвано действиями их операторов, грузоотправителей и грузополучателей, считают в ОАО РЖД. При среднем сроке оборота вагона в 16 суток треть времени тратится по вине клиентов, в основном на путях необщего пользования. По словам источников “Ъ”, руководство монополии полагает, что операторы придерживают вагоны, не желая снижать ставки. Однако сами клиенты ОАО РЖД считают, что монополия просто пытается разделить ответственность, ожидая плохих результатов погрузки на фоне ухудшения конъюнктуры экспорта.

10 лет Союзу операторов железнодорожного транспорта

15 июля 2009 года - дата государственной регистрации Союза операторов железнодорожного транспорта в Министерстве юстиции Российской Федерации. Союз сегодня является одной из наиболее авторитетных площадок для ведения конструктивного диалога операторов подвижного состава с ОАО "РЖД" и регулирующими органами. В составе Союза - 30 ведущих игроков рынка услуг операторов железнодорожного подвижного состава.

Нефтяникам и угольщикам дадут скидку на перевозки

РЖД-ПАРТНЕР: Об изменении уровня железнодорожных тарифов на экспортные перевозки дизельного топлива, мазута и газойля говорится в выписке из протокола заседания правления ОАО «РЖД» № 33 от 1 июля 2019 года. В частности, речь идет о перевозке в собственных (арендованных) цистернах со станций Загородняя, Бензин, Новоуфимская Куйбышевской железной дороги. Согласно документу, понижающий коэффициент 0,852 устанавливается с 1 июля этого года по 31 декабря 2021-го в обмен на гарантированный объем перевозок нефтепродуктов с указанных станций – 24 млн т. А именно с 1 июля по 31 декабря этого года в размере не менее 4,8 млн т, а с 1 января по 31 декабря 2020-го в размере не менее 9,3 млн т. Отклонение от гарантированного объема, прописанного в договоре, должно быть не более 10% при безусловном выполнении суммарного гарантированного объема перевозок.

Бизнес заключают в крепкие изъятия

10.08.2018


Металлургические и химические компании попросили поделиться «сверхприбылями»

Вопреки обещаниям правительства не увеличивать налоги на бизнес помощник президента Андрей Белоусов добился одобрительной резолюции Владимира Путина на идею изъятия «сверхприбылей» у металлургов и химиков. Правительству теперь предстоит исполнить это поручение — хотя бы формально, и не исключено, что Белый дом, пока не нуждающийся в деньгах, раскритикует идею. Потенциальные «сверхдоноры» бюджета в лице металлургов уже успели в пух и прах разнести расчеты господина Белоусова и оспорить их полезность для экономики.

Помощник президента Андрей Белоусов предложил Владимиру Путину идею «изъятия» из прибылей горно-металлургических, химических и нефтехимических компаний более 0,5 трлн руб. Целесообразно поручить правительству представить предложения о таких дополнительных источниках дохода, писал господин Белоусов. Президент 28 июля положил на письмо своего помощника (опубликовано в интернете) резолюцию «Согласен». Вице-премьер Максим Акимов поручил Минфину, Минпромторгу, Минэнерго, Минэкономики и Минприроды к 17 августа направить в правительство проект доклада господину Путину.

Андрей Белоусов ссылается на потребность бюджета в средствах для исполнения новых майских указов президента и приводит в пример ситуацию 2016 года, когда для наполнения госказны было принято решение по изъятию допдоходов у нефтегазовых компаний. Это принесло за два года бюджету около 600 млрд руб. Сейчас, по мнению чиновника, из-за рыночной конъюнктуры в 2017 году металлурги и химики РФ суммарно получили более 1,5 трлн руб. EBITDA. Но налоговая нагрузка на них (отношение налогов без НДФЛ и социальных платежей к выручке) лишь 7%, тогда как для нефтянки — 28%.

"Выравнивание рентабельности" до уровня нефтегазовой отрасли при "условии сохранения инвестиционных возможностей", пишет господин Белоусов, даст 513, 7 млрд. рублей бюджету. Но налогового механизма для такого изъятия нет, признает он, его и предложено обсудить правительству.

По приведенным в письме расчетам, больше всего можно было бы в 2017 году реквизировать у «Норильского никеля» (114 млрд руб., при рентабельности по EBITDA в 44%), АЛРОСА (67,3 млрд руб., 47%), СИБУРа (65,2 млрд руб., 37%), «Полюс Золота» (58,2 млрд руб., 59%). Меньше всего заплатить пришлось бы, как рассчитал помощник президента, Evraz (5,5 млрд руб. при наибольшей выручке по этим секторам в 623 млрд руб. и рентабельности по EBITDA в 24%) и «Акрону» — 8,3 млрд руб., 32%. Также в списке потенциальных новых доноров бюджета НЛМК, «Северсталь», ММК, «Металлоинвест», СУЭК, «Мечел», «Фосагро» и «Уралкалий».

В компаниях комментариев “Ъ” не дали. Для них, говорит собеседник “Ъ” в отрасли, письмо стало сюрпризом. Двое других источников рассчитывают на разъяснения на совещании в Минпромторге, которое намечено на сегодня. «Можно ставить крест на всех инвестпрограммах»,— считает один из собеседников “Ъ”. Другой собеседник “Ъ” отмечает, что расчет и «сверхдоходов», и безболезненности изъятия «нуждается в дополнительной оценке».

Донорам не понравилось

Президент ассоциации «Русская сталь» (лобби крупных металлургов), владелец НЛМК Владимир Лисин говорит, что «представленное предложение вызывает много вопросов». «Например, для справедливого расчета необходимо по-другому рассчитывать налоговую нагрузку»,— поясняет он. В базу расчета нельзя включать выручку в зарубежных юрисдикциях, где иное налогообложение, продолжает бизнесмен, а налоговая нагрузка должна рассчитываться не от выручки, а от прибыли — она источник инвестиций, дивидендов и выплат государству.

Он также считает, что надо учитывать НДФЛ, страховые взносы и неналоговые платежи.

Господин Лисин отмечает, что в качестве базы сравнения взята средняя рентабельность нефтегазовой отрасли в 2017 году — 22%, но такая или более низкая рентабельность была только у «Роснефти» и ЛУКОЙЛа, у остальных — выше. Глава «Русской стали» заметил, что предложенный метод выглядит поощрением неэффективности: чем меньше рентабельность, тем меньше придется заплатить. Также не учтено, сколько компания уже инвестировала и сколько нужно инвестировать в будущем. По оценке Владимира Лисина, изъятие у черной металлургии 250 млрд руб. в год больше ее инвестиций в 2017 году — 170 млрд руб.

Инициатива по изъятию не учитывает цикличность рыночной конъюнктуры, долговую нагрузку и финансовое состояние компаний, говорит Владимир Лисин: только для черной металлургии действует более 50 пошлин и ограничений на внешних рынках. «Планируемое изъятие из обрабатывающих производств не соответствует целям развития и повышения конкурентоспособности экономики России, под ударом капиталоемкие отрасли, создающие основной объем добавленной стоимости»,— отмечает он. В целом, говорит глава лобби металлургов, предложение мало коррелирует с неоднократно подтвержденным «неувеличением налоговой нагрузки».

При этом и металлурги, и химики действительно пользуются благоприятной ситуацией на своих рынках в последние годы, выплачивая значительные дивиденды. «Большинство металлургов РФ — экспортеры, которые выигрывают от слабого рубля и роста цен на продукцию,— говорит старший аналитик компании "Атон" Андрей Лобазов.— Многие сильно снизили долговую нагрузку и предлагают дивиденды с доходностью, зачастую превышающую 10%. Поэтому неудивительно, что правительство заинтересовалось увеличением бюджетных поступлений». Способов их стимулирования много — от увеличения НДПИ до возврата экспортных пошлин на металлы, говорит он, но все это негативно скажется на инвестиционной привлекательности компаний и их дивидендах. По мнению господина Лобазова, ориентирование на среднюю рентабельность нефтегазовой отрасли (22% EBITDA) кажется совсем крайней мерой, «которая, скорее всего, вызовет бегство инвесторов и снижение капитализации».

Один из источников “Ъ” утверждает, что подобные тезисы высказывались представителями «Роснефти». В нефтекомпании комментариев “Ъ” не дали. Но знакомый Андрея Белоусова говорит, что, учитывая довольно прохладные отношения последнего с главой «Роснефти» Игорем Сечиным, версия о зарождении этой инициативы в нефтекомпании выглядит спорной.

Бюджет денег не просил

Но одну из самых крупных проблем инициатива Андрея Белоусова доставит, видимо, первому вице-премьеру и министру финансов Антону Силуанову. В распределении полномочий в Белом доме это в любом случае его вопрос, а он еще в июне оговаривался, что повышение налогов в 2019–2024 годах будет исчерпано исключительно ростом НДС с 18% до 20% (это, отметим, также инициатива скорее администрации президента, а не Минфина), а в остальном уровень налоговой нагрузки будет зафиксирован на шесть лет вперед. Пока Минфин не заявлял о дефиците средств на исполнение нацпроектов, а проект бюджета на 2019–2021 годы готовится в штатном режиме. Запрашиваемые с несырьевых экспортеров 0,5 трлн руб. бюджету, видимо, не необходимы до такой степени, чтобы сейчас отказываться от достигнутых компромиссов с ведомствами по нацпроектам.

Исходя из смысла предложения Андрея Белоусова, бюджет в 2019–2024 годах при его реализации получит до 3 трлн руб. Но в свете новых предложений администрации президента возможны и лоббистские попытки пересмотра «налогового маневра» со стороны нефтяников, и вряд ли для Минфина это сейчас приемлемый сценарий развития событий. Наконец (и это прямо отмечается в записке Андрея Белоусова), изъятие «конъюнктурных сверхприбылей» из компаний может отразиться на общем уровне инвестиций в РФ в 2019 году, а следовательно, сократит потенциальный рост ВВП в 2020–2021 годах в отраслях, без развития которых невозможен и рост в машиностроении.

Общих вариантов реализации идеи Андрея Белоусова без введения прямого "налога на сверхприбыль", то есть нового налога, нет.

Проще всего ситуация с «Норникелем»: до 2014 года были экспортные пошлины на никель и медь, они сохранены в Налоговом кодексе, но обнулены. То есть в цветной металлургии (отметим, что в списке нет ни «Русала», что объяснимо санкциями США, ни медных компаний — что менее объяснимо) возможен аналог «налогового маневра». Для «Норникеля», например, экспортная пошлина отменялась в связи с необходимостью инвестиций в закрытие и реконструкцию ряда мощностей, и торговля с отраслью за формулу стабильного налогового режима без экспортной пошлины (через рост НДПИ) вполне представима.

В случае с АЛРОСА ситуация проще — в отличие от других участников списка это госкомпания, и «изъятие сверхприбылей» возможно через дальнейшее усиление дивидендной политики. Сложнее ситуация в химии. Лишь в случае с СИБУРом, получавшим средства из ФНБ, представима ситуация «честного торга» по образцу «налогового маневра». Напомним, основой соглашения в нефтяной отрасли было наличие многочисленных льгот нефтяникам, и в целом для химиков объем «предметов торга» минимален. Тем более он невелик для угольщиков и металлургов, которые, отметим, имеют в распоряжении довольно сильный аргумент. Они практически не получали масштабной господдержки в кризисы 2008 и 2014 годов и в последующие периоды, несмотря на периодические обвалы цен и необходимость крупных инвестиций в новые проекты.

Наконец, конъюнктурные прибыли в России получают и другие отрасли. Создание общего механизма windfall tax, «налога на сверхприбыль», обсуждалось неофициально правительством в 2011–2012 годах как общий механизм. Но его отвергали с простым аргументом — уравнение налогообложения отраслей противоречит идее «промышленной политики», приведет к перетоку инвестиций в нефтянку и сделает неконкурентоспособными часть растущих или стабильных экспортных секторов. Международные конкуренты российских металлургов, например, имеют сопоставимую налоговую нагрузку.

С большой вероятностью правительство уже во второй половине августа 2018 года предложит президенту точно исполненное поручение: увеличение НДПИ для сырьевых отраслей и/или восстановление или введение (для химии, угля, алмазов) экспортных пошлин. Но может быть дана общая рекомендация этого не делать, особенно в условиях, когда нефтегазовая конъюнктура позволяет пополнять не только бюджет, но и ФНБ. В любом случае поручение, подписанное вице-премьером Максимом Акимовым, не требует от ведомств ничего, кроме описания технических возможностей изъятия из экспортного сектора дополнительно 0,5% ВВП, и не запрещает им объяснять, к каким последствиям это может привести.

Наталья Скорлыгина, Дмитрий Бутрин, Денис Скоробогатько, Дмитрий Козлов, Ольга Никитина
https://www.kommersant.ru/doc/3708762


Возврат к списку